Центр правовой поддержки граждан, пострадавших от телефонного и дистанционного мошенничества, намерен подключиться к борьбе с нелегальным майнингом и наладить передачу данных о подозрительных подключениях в компетентные органы. Речь идет о случаях, когда физические лица или компании используют энергомощности не по назначению - для извлечения незаконной прибыли через добычу цифровых валют.
Руководитель центра Евгений Машаров, входящий в комиссию Общественной палаты РФ по общественному контролю и работе с обращениями граждан, пояснил: организация уже собирает сведения о фактах нелегального майнинга и будет направлять их правоохранителям в порядке, установленном российским законодательством. По сути, общественники берут на себя роль дополнительного "фильтра" и канала, через который сигналы о потенциальных нарушениях быстрее доходят до ведомств.
Отдельный акцент Машаров сделал на профилактике. По его мнению, превентивные меры особенно важны, потому что нелегальный майнинг напрямую повышает нагрузку на энергосистему и создает заметные риски для ее стабильности. Именно поэтому, считает он, общественные организации и экспертные структуры должны активнее включаться в информирование правоохранительных органов о случаях, когда подключение к мощностям используется как инструмент незаконного обогащения.
Машаров также поддержал введение ограничений на добычу криптовалют в Москве, Московской области и в ряде районов Курской области. Он назвал такие решения оправданными с точки зрения энергетической безопасности этих территорий. Согласно решению правительства РФ, запрет на майнинг в указанных регионах будет действовать с 15 августа 2026 года и продлится до 31 декабря 2032 года.
При этом меры по ограничению майнинга в стране вводятся не впервые. Ранее запрет уже распространялся на Республику Бурятия и Забайкальский край, а также на ряд субъектов Северного Кавказа - Дагестан, Ингушетию, Кабардино-Балкарию, Карачаево-Черкесию, Северную Осетию и Чечню. Кроме того, ограничения действовали в Донецкой и Луганской народных республиках, в Запорожской и Херсонской областях, а также на юге Иркутской области.
Нелегальный майнинг чаще всего возникает там, где есть соблазн "дешевой" электроэнергии или возможность подключиться к сетям с нарушениями - например, через обход приборов учета или под видом иной деятельности. В результате нагрузка на сети растет скачкообразно, а последствия ложатся на всех: от сетевых организаций до добросовестных потребителей, которые сталкиваются с просадками напряжения, аварийными отключениями и ускоренным износом инфраструктуры.
Важный нюанс - подпольные фермы нередко размещают в неприспособленных помещениях: на складах, в гаражных кооперативах, в промзонах или даже в жилом секторе. Такое размещение добавляет и дополнительные угрозы: перегрев оборудования, повышенные риски возгораний, шум, а также конфликтные ситуации с соседями и собственниками помещений.
Передача информации в правоохранительные органы может стать инструментом раннего реагирования. Чем быстрее зафиксирован подозрительный рост потребления и выявлено несанкционированное подключение, тем выше шанс предотвратить аварии и снизить ущерб. Для энергосистемы критично не только общее потребление, но и его характер: майнинг дает длительную, ровную и очень высокую нагрузку, которая буквально "высасывает" резерв мощности на локальном участке сети.
Отдельная проблема - попытки маскировать деятельность под легальный бизнес: аренду "серверных", "вычислительных мощностей", "обработку данных". В таких случаях проверяющим приходится разбираться, соответствует ли реальная работа заявленной, как оформлены договоры энергоснабжения, не нарушены ли технические условия подключения и не используется ли энергия в обход учета.
Запреты, подобные тем, что вводятся для Москвы, Подмосковья и отдельных территорий Курской области, обычно объясняют необходимостью разгрузить энергосистему в регионах с высокой плотностью потребления. В мегаполисах и крупных агломерациях любой дополнительный "теневой" спрос становится фактором риска: мощности планируются под промышленность, транспорт, социальную сферу и жилищный фонд, а не под подпольные фермы.
При этом сам по себе майнинг как технология не исчезает: он смещается туда, где регулирование и контроль жестче или, наоборот, слабее, а также туда, где есть избыток генерации. Поэтому ключевой вопрос для государства - не только в запретах, но и в выстраивании понятных правил, чтобы легальная деятельность отделялась от криминальной, а энергосистема не становилась заложником "серых" схем.
Инициатива общественников в этой логике выглядит как попытка расширить контур контроля: не заменяя государственные структуры, а помогая им дополнительными сигналами и собранной информацией. В условиях, когда нелегальный майнинг пересекается с другими теневыми практиками - дистанционным мошенничеством, незаконными финансовыми операциями и азартными играми, - такой межтематический мониторинг может дать эффект, если сведения будут проверяться и передаваться строго в рамках закона.
В конечном счете борьба с нелегальным майнингом упирается в простую цель: сохранить устойчивость энергоснабжения и не допустить, чтобы инфраструктура работала на пределе из-за незаконного потребления. Именно этот аргумент - защита энергетической безопасности - становится ключевым при принятии решений о запретах и при усилении контроля за подозрительными подключениями.
