Взрыв жилого дома в Каспийске: память о 69 погибших спустя 30 лет

4 минут чтения

Небо вместо коридора: Каспийск вспоминает жертв взрыва жилого дома

В ночь с 15 на 16 ноября 1996 года взрыв разрушил девятиэтажный дом в Каспийске. В подвале здания, состоявшего из двух подъездов, сдетонировало взрывное устройство. Погибли 69 человек. Для сотен жителей города эта ночь стала рубежом, после которого прежняя жизнь уже не могла продолжаться.

Тридцать лет спустя пережившие трагедию продолжают возвращаться к воспоминаниям. Для Батмана Темирханова и Елены Заловой говорить о случившемся по-прежнему тяжело. Но они считают важным сохранить память о погибших и рассказать новым поколениям, к чему приводят жестокость и безнаказанность.

"Коридора не было - было видно небо"

В тот вечер семья Батмана Темирханова жила обычной жизнью: смотрела телевизор, потом легла спать. Сам он сначала уснул в гостиной. Примерно за полчаса до взрыва жена разбудила его, и супруги перебрались в спальню.

"Раздался грохот, мы вскочили. Жена открыла дверь и сказала: "Тут нет коридора, небо видно"", - вспоминает мужчина.

Батман выбрался через балкон к детям и помог им спастись. Дом и улицу окутала плотная пыль, в воздухе стоял непривычный запах. Сначала он не понимал, что именно произошло. Только когда прибыли спасатели и начали выводить жильцов, стало ясно, насколько масштабными оказались разрушения.

Семья Темирханова выжила, но лишилась имущества. Каждый год 16 ноября Батман приходит к месту трагедии. Для него эта дата - время скорби и воспоминаний о погибших сослуживцах. Он говорит, что случившееся невозможно ни простить, ни забыть, и надеется, что виновным рано или поздно придётся ответить.

Потеря, которую невозможно принять

Елена Залова, военный медик в звании майора медицинской службы, в ту ночь потеряла мужа Андрея и троих сыновей: 11-летнего Гену, восьмилетнего Пашу и пятилетнего Олега. Семья переехала в Каспийск из Забайкалья в декабре 1994 года.

О взрыве Елена узнала из новостей, находясь в госпитале в Кисловодске. Когда из-под обломков извлекли тела родных, она долго обнимала каждого. Похоронив мужа и детей в Минеральных Водах, женщина вернулась к службе.

До сих пор ей трудно понять, как мог рухнуть дом, построенный с учётом требований для сейсмоопасных районов. На снимках разрушенного здания были видны укрепляющие конструкции, соединявшие этажи. По словам Заловой, взрывчатка сработала не полностью: та её часть, что находилась под первым подъездом, отсырела. Именно в этом подъезде жила семья. В четырёхкомнатной квартире обрушились три комнаты, а помещение, где находилась мать Елены, уцелело.

После трагедии прошло уже много лет, однако формулировка в документах, по словам Заловой, не отражала случившегося. У неё хранится постановление конца ноября 1996 года, где говорится, что дом разрушился. Позднее взрыв стали называть первым терактом такого рода в современной России, но официальные материалы так и не были пересмотрены.

Расследование не привело к установлению виновных. В 2003 году стало известно, что его приостановили: следствию не удалось определить ни совершивших преступление, ни его причины. Позднее материалы передали в ФСБ и засекретили.

Жизнь продолжается, память остаётся

После гибели семьи Елена продолжила работать военным медиком. В 2018 году она вышла в отставку, а затем получила приглашение в аэропорт Махачкалы, где сейчас руководит медицинским отделом. Спустя несколько лет после трагедии она вновь обрела семью: второй муж Андрей помог ей вернуться к жизни. У супругов родились трое сыновей, позже появился внук.

Но новая жизнь не стёрла память о погибших детях. Елена говорит, что не смирилась с утратой и никогда не перестанет оплакивать сыновей. Для родителей потеря ребёнка - боль, которую не способны отменить ни время, ни новые обстоятельства.

На месте разрушенного здания устроили сквер. Родственники погибших посадили здесь 69 кустов - по одному в память о каждом человеке, не вернувшемся из той ночи. Ежегодно 16 ноября сюда приходят выжившие, близкие погибших и все, кто хочет почтить их память.

Елена считает, что нынешней мемориальной плиты недостаточно. Она мечтает о благоустройстве сквера и предлагает назвать его "Журавли". По её мнению, на памятнике должны быть не только перечислены имена жертв, но и установлен монумент, который помогал бы сохранять память о трагедии для следующих поколений.

Такое место важно не только семьям погибших. Оно напоминает, что за каждой цифрой в списке жертв стоит отдельная судьба: дети, родители, супруги, планы и привычная повседневность, оборвавшаяся в одно мгновение. Сохранение имён и рассказов очевидцев помогает не превратить трагедию в безличную строку из истории.

Спустя тридцать лет воспоминания остаются болезненными, а вопрос о виновных - без ответа. Но память о погибших продолжает жить в ежегодных встречах, в сквере и в словах тех, кто пережил взрыв. Для них 16 ноября - не просто дата, а день, который навсегда разделил жизнь на "до" и "после".

Прокрутить вверх